Марина Волкова: «Искать идеи надо в книгах, а не в жизни». Интервью

Марина Волкова – издатель (ООО «Издательство Марины Волковой»), культуртрегер (более сорока культурно-образовательных проектов).

Виктория Сайфутдинова – бакалавр издательского дела, редактор. Закончила Уральский федеральный университет. Печаталась в журнале «Урал». Интересуется современной литературой и российским книгоизданием. Родилась в Екатеринбурге, живёт в Санкт-Петербурге.

Марина Волкова: «Искать идеи надо в книгах, а не в жизни»

«Современная эффективная творческая стратегия –
это коллективные акты неповиновения судьбе.
Одним из таких актов является «Уральская поэтическая школа».
Виталий Кальпиди,
из вступления к 4-му тому «Антология современной  уральской поэзии»

«В размышлениях о 4-ом томе “Антологии современной уральской поэзии”,  как и в размышлениях о проекте АСУП в целом, а также в разговорах об УПШ, УПД, РПР-2016 и прочих проектах со звучными аббревиатурами, важно понимать, что автор идей этих проектов, он же их главный исполнитель, – один человек, Виталий Олегович Кальпиди. Потому впору ставить вопрос о роли личности в культуре, а лучше – не ставить, а самим расти в эту сторону, – для начала подключаться к реализации масштабных идей, а там, глядишь, и собственные идеи вырастут. Слово “собственные”, кстати, совершенно лишнее, ибо по отношению к идеям тут же сжимает их масштаб до эго, которое только со словом “собственное” и может уживаться», – считает Марина Волкова, издатель и культуртрегер необыкновенной энергии. Замыслы Кальпиди и Волковой, направленные на популяризацию уральской поэзии, далеки от эгоцентризма: очередной, четвёртый том Антологии Уральской поэзии увидел свет буквально на днях, и уже активно проходят его презентации. О замысле четвёртого тома и об «оптимальных моделях предъявления современной поэзии» с Мариной Волковой побеседовала Виктория Сайфутдинова.

В. С.: Марина, «Антология…» выпускается обычно раз в семь лет. Расскажите, пожалуйста, что произошло за это время в современной уральской поэзии и как отразились эти события в четвёртом томе? Появились ли новые авторы и направления?

М. В.: Безусловно, появились и новые авторы, и направления: 32 поэта впервые стали участниками проекта, в томе появилась усадебная, патриотическая, сетевая, новая актуальная поэзия… Это, конечно, условные названия, ничего не дающие ни читателю, ни исследователю, полезнее посмотреть проморолик проекта (он тоже сделан Кальпиди), в ролике о том, что есть в 4-ом томе.

Внешние показатели произошедшего за 7 лет можно считать в премиях и шорт-листах премий; в количестве приглашений уральских поэтов на фестивали и культурные мероприятия в другие регионы; в количестве публикаций в журналах и количестве рецензий; в количестве поэтических мероприятий в регионе; в совокупных тиражах поэтических книг – по всем этим показателям цифры растут, и ещё как растут! Но это всё хоть и считаемые, но далеко не главные (а то и вредные) показатели изменений.

Схематично влияние книг («книг» – потому что между антологиями выходит целый пул книг, развивающих и дополняющих идеологию АСУП) на литературный и  социокультурный процессы прошедшего семилетия можно представить так:

2011, третий том АСУП ввёл в оборот обязательность научного и критического осмысления творчества каждого из поэтов УПШ – после биографических и библиографических данных перед подборкой поэта публиковались статьи учёных и критиков о подборке поэта. (Позже Кальпиди назовёт это направление «актуальная аналитика»). Само попадание/непопадание поэта в очередной том АСУП вызывало и вызывает много эмоций и разговоров, заставляет «перетряхнуть» систему ценностей и целей, а главное, прочесть антологию. Можно с уверенностью говорить, что уральские поэты – самые читающие и самые читающие друг друга поэты.

2013, арт-объект «Энциклопедия. Уральская поэтическая школа»явил миру новый формат представления поэта: теоретические статьи о философии и истории УПШ,  о культуртрегерстве и инфраструктуре УПШ, хроника событий и пр., – подобного издания не было в России, и вряд ли оно появится. Главное, что повлияло на литературную жизнь (и не только на литературную), – образ провинциального поэта, сочетающий в себе и идеальный образ (Кодекс провинциального поэта) и богато иллюстрированные (850 фотографий) подробные автобиографии и биографии поэтов, а также понятия «поэтическое братство», «культуртрегерство», «поэтические поколения», перечень главных тем УПШ и т.д. По сути, «Энциклопедия. УПШ» стала фундаментом и в самооценке конкретных героев книги, и в построении нового образа поэта 21 века – не маргинала, а культурного героя, лидера культурного строительства.

Важно отметить следующий этап дифференциации научно-критического осмысления результатов поэтического творчества: для «Энциклопедии…» были разработаны и применены к творчеству каждого автора филологические маркировки. Маркировки стали предметом научной рефлексии и творческого самоопределения каждого из живущих поэтов УПШ. Получается, филологические маркировки переводили творческую деятельность поэта в профессиональную, заставляя осознавать и простраивать собственное место в литературе. «Энциклопедия. УПШ» окончательно закрепила и связку «поэт + учёный» в структуре УПШ.

2014-2015, проект «ГУЛ» (серия «Галерея уральской литературы», 30 книг со скоростью выхода одна книга в неделю, и продвиженческий проект на 23 месяца «Год уральской литературы») – «выход на просторы дикого читательского внимания» (термин Кальпиди), создание на Урале поэтического кластера – сообщества людей, которые знают, что на Урале есть поэты, слушали этих поэтов, читают и покупают их книги (за 23 месяца проекта продано 11,5 тыс. книг, остальные показатели построения кластера в разы больше). «ГУЛ» вышел и за пределы региона – автопробеги «ГУЛ» состоялись по 16 областям России и Беларуси. Поэзия вырвалась из тесных рамок литературного кружка, у нее появился читатель-не поэт, расширилась и укрепилась продвиженческая инфраструктура (только в подпроекте «Вернём поэзию в библиотеки» приняли участие 80 библиотек Урала, в Челябинске к проекту активно подключились СМИ, городское управление культуры, учебные заведения).

2016-2017, сюжет-проект «Русская поэтическая речь-2016» (два тома: «РПР-2016. Антология анонимных текстов» и «РПР-2016. Аналитика: тестирование вслепую», 6 подпроектов, седьмой – «Опыт прочтения» – длится по сей день). «Антология анонимных текстов» стала самой читаемой поэтической книгой этого века, а сюжет-проект – самым обсуждаемым проектом. В развитие УПШ проект внёс новый опыт и предъявления поэзии, и чтения поэзии большими объёмами, а главное, понятия русской поэтической речи и целей поэзии. В актуальной аналитике был поставлен рекорд скорости: второй том 60 аналитических высказываний вышел ровно через три месяца после появления первого тома со 115 подборками современных поэтов, а масштабная работа с читателями позволила закрепить единицу УПШ как «поэт + учёный + читатель». Сравнительный анализ подборок уральских и неуральских поэтов в РПР и других изданиях зафиксировал понятие УПШ как стендовой модели современной русской поэзии (наблюдения за поведенческими стратегиями уральских поэтов позволяют сделать вывод об УПШ как исторической модели поведенческих стратегий поэтов, но эта особенность УПШ разворачивается сейчас и будет проявлена ярче по мере прочтения 4-го тома АСУП).

2017,  уральский спецвыпуск альманах Союза российских писателей «ПаровозЪ»  – ввёл в оборот понятие «культурная история поэта», познакомил с несколькими новыми именами (часть из них будет в 4-ом томе), расширил рамки поэтического кластера, создал прецедент партнерства двух разных литературных сообществ.

2018, «Воздух чист…» – пилотное издание проекта «Жестикуляция», отметившегося в 90-х уральско-итальянским сотрудничеством и имеющим все основания стать прорывом не только в поэзии, но в решении актуальных проблем человечества (см. 4-й том АСУП, вступление и 2-ю часть тома). Выход книги закрепил оптимальную модель предъявления современной поэзии: книга + система мероприятий + видеосопровождение (в данном случае документальный фильм «Воздух чист…» и видеоклипы). Презентации книги «Воздух чист…»  прошли в шести городах России и во Франции (Книжный салон и фестиваль поэтов в Париже весной, Русский салон в Париже этой осенью). Но главное, эта книга стала отличным «тренажером» для второй части четвёртого тома АСУП, поставив эксперимент по созданию переводов нового типа.

К книгам следует добавить и другие формы предъявления поэзии и поэтов, повлиявшие на ситуацию в регионе: видео УПШ (7 документальных фильмов-интервью, несколько документальных фильмов, видеоарт); фестивальное и событийное движение; научная работа (статьи, лекции, круглые столы, в 2014 году – научная конференция по УПШ с международным участием); подключение СМИ, сотрудничество с библиотеками и учебными заведениями и др.

Наконец, пора перейти к 4-му тому АСУП, который сделан по формуле «традиции АСУП + новые детали, отработанные в проектах семилетки».

2018, 4-й том АСУП вобрал себя 74 подборки (72 + х) – 72 подборки индивидуальные, а 2 – коллективные («Братья Бажовы и сестра их Варвара» и  «Я, Аноним»), поэтому о точном количестве поэтов сказать нельзя. Подборки уральских поэтов сопровождаются фотопортретами, а не случайными фотографиями (фотопортреты – традиция УПШ, в 4-ом томе есть и 6 фотопортретов поэтов с детьми); раздел «Современная мировая поэзия в переводах, вариациях, мотивных переложениях уральских поэтов» (переведены стихотворения 50 поэтов 20 стран мира – см. «Воздух чист…»); раздел «Справочные материалы», в котором краткие биографии поэтов (см. «Энциклопедия. УПШ» плюс предыдущие тома АСУП), культурные истории поэтов (см. сайт фестиваля ГУЛ-2 по альманаху «ПаровозЪ»), «прямая речь» (см. «Энциклопедия. УПШ» и фильмы-интервью), подраздел «О культуртрегерстве» (см. «Энциклопедия. УПШ» плюс деятельность поэтов за семь лет).

Неотъемлемой частью выхода 4-го тома стал Суперфест одной антологии – двухдневный фестиваль, посвященный выходу 4-го тома. Суперфест построен в соответствии со структурой тома и идеологией УПШ: каждому разделу тома соответствовало мероприятие, а то и несколько, всего же состоялось 11 встреч с читателями, 6 общих мероприятий, из них два с участием учёных. Актуальная аналитика побила рекорд скорости РПР-2016: одновременно с выходом книги прошёл круглый стол «Проект АСУП как драйвер уральского поэтического движения», отличавшийся от конференции лишь продолжительностью, но не глубиной и новизной высказываний. На Суперфесте был продемонстрирован и новый формат предъявления поэзии и поэтов: поэта представлял учёный, в пятиминутной речи характеризовавших подборку автора, а затем поэт в течение десяти минут читал стихи под кадры любимых художников (из культурной истории поэта). Видеосопровождение Суперфеста: проморолики, видеочтения переведённых поэтов, есть и постсопровождение – видео и фотоотчёты выложены на сайте фестиваля.

В. С.: Кто рекомендует поэтов в Антологию?

М. В.: Рекомендовать поэтов к участию могут все поэты УПШ, и правом этим пользуются активно. Кальпиди во вступлении к 4-му тому пишет: «Подавляющее большинство предоставили свой список поэтов, последний большей частью совпадал с уже имеющимся в распоряжении составителя. Тем не менее благодаря активности, а порой и настойчивости рекомендующих эта книга пополнилась семью новыми именами».

В. С.: И кто эти семеро?

М. В. (смеётся): пусть это будет интригой. Да и откровенность Виталия Олеговича вряд ли порадует тех, кто попал в антологию благодаря настойчивости рекомендующих.

В. С.: МаринаВиталий Кальпиди представляет «Антологию…» как драйвер уральского поэтического движения. Такая ориентация на массовость продуктивна в отношении поэзии?

М. В.: «Драйвер уральского поэтического движения» – это не про массовость стихосложений (хотя массовое увлечение не поэзией, а написанием стихов является одним из побочных явлений поэтического движения). Количество пишущих стихи не приведёт к появлению поэзии, но отведёт от более варварских, нежели стихосложение, привычек поведения. Поэтическое движение – это, прежде всего, движение речи, движение мысли, поэтическое отношение с миром. «Русская поэтическая речь должна сформировать новое русское поэтическое мышление. А новое русское поэтическое мышление может сформировать новую русскую поэтическую жизнь», – вот направление этого движения, манифестированное Кальпиди во втором томе Антологии «Русская поэтическая речь. Аналитика: тестирование вслепую». Кстати, на круглом столе по 4-ому тому наш знаменитый Леонид Быков, д.ф.н., профессор УрФУ, драйвером уральского поэтического движения назвал Виталия Кальпиди.

Марина Волкова со спецвыпуском альманаха «Паровоз», посвящённого уральской поэзии

В.С.:Актуален ли сейчас термин «уральская поэзия», когда ваша деятельность развернулась во всероссийских масштабах?

М. В.: «Уральская поэзия» – термин на сегодня неактуальный. Термин «Уральская поэтическая школа» – тоже. Я не устаю повторять, что это авторский термин, так когда-то происходящее на Урале (и спровоцированное им и группой товарищей!) назвал Кальпиди. Менее всего в этом названии географического, и уж говорить о влиянии Урала на поэзию – верх невежества. Прочитайте «Уральские рассказы» Мамина-Сибиряка, вот это про Урал. Что же касается УПШ сегодня, снова придётся  вспомнить слова Кальпиди: «УПШ сегодня благодаря своей массовости, разнообразию и профессиональному качеству – это ещё и стендовая модель всей русской поэзии. Именно поэтому её использование в больших стратегических культурных акциях более чем оправдано с точки зрения моделирования уже не просто поэтической, а всей культурной ситуации в стране».

Да и события последних семи лет показали, что называется УПШ, вышло за рамки не только Урала, но и страны.

В. С.: Каким образом события, которые Вы создаёте, влияют на поэтическое пространство региона? «Суперфест одной антологии» проводился впервые  удачен ли, на Ваш взгляд, этот опыт и почему?

М. В.: Самый мой масштабный и длительный социокультурный проект – Читательские марафоны, которые идут с 2007 года, участие в них приняли и принимают сотни тысяч детей 39 регионов России и Беларуси. Влияние этого проекта зримо, но не буду приводить факты и цифры, это тема далека от темы интервью. Тем более, у меня ещё порядка 40 проектов, большая часть которых растиражирована и повторена многократно. Так что событий я насоздавала больше, чем книг, увы (слоган нашего издательства, анонсированный на портале, звучит так: «Издаю книги. Создаю события»). Кстати, еще один слоган, под которым более десяти лет идут Читательские марафоны, тоже растиражирован, его употребляют и на ТВ, и во многих библиотеках – «Читайте вместе и будьте счастливы!»

А «Суперфест одной антологии» – разовая акция, это проекция 4-го тома АСУП на конкретное место и время. Проекция была максимально точной; повтора, конечно, не будет. Но продолжение, конечно же, последует, – книгу будут читать, будут спорить, писать, подражать и т.п. Да и мероприятий будет ещё много: будут и веерные презентации подборок поэтов, особенно живущих в небольших городах, где особо важен культурный герой. В декабре, например, 4-й том представим в Нижнем Тагиле (Анастасия Журавлёва, Елена и Алексей Мироновы, приедет Ольга Мехоношина – представлять том будем в гимназии, где она училась; заочное участие Елена Ионова). В планах и Троицк, и Каменск-Уральский, и Соликамск и другие города Урала (в антологии поэты 11 городов). Будут представления антологии и в городах других регионов, традиция моих путешествий будет продолжена и с «Опытами прочтения» (подпроект «Русской поэтической речи-2016»), и с АСУП.

В. С.: Наверняка вы уже подумываете о пятом томе. По итогам этих мероприятий появились ли идеи, которые можно было бы реализовать в нём?

М. В.: Искать идеи надо в культуре, в книгах, а не в жизни. В 4-ом томе «зашифрованы» несколько мощнейших проектов. Сумеет кто-то прочесть их, встанет с нами в строй –  идеи реализуются и в жизни! А пятый том, как и все предыдущие, будет в роли «не только и не столько роль документатора, но прежде всего – драйвера постоянного перезапуска этого процесса с шагом раз в 7 лет».

http://textura.club/intervyu-s-marinoj-volkovoj/


Добавить комментарий

*

code