По следам Бажова №5. Мурзинка

Места самоцветные.

Показываем место, где Данила Зверев собирал самоцветы, и едем в другие места — по самоцветному поясу.

Дорога от Колташей до Мурзинки.

 

 


В Мурзинку  стоит ехать хотя бы ради того, чтобы посмотреть на церковь XVIII века, сейчас в ней музей, но о нем ниже.

 

Сворачивать к церкви-музею надо перед вот такой остановкой с Данилой Зверевым (он сопровождал нас весь автопробег).

Слева перед музеем-церквью памятный знак с самоцветной горкой (горки поменьше украшали дома богатых уральцев, мы их еще увидим в музеях, есть такая и в Мурзинском — см. фото с самоваром ниже):

Музей в Мурзинке состоит из двух непропорциональных частей. Первая, меньшая, напоминает, откуда и когда на Урале появились русские. Очень отрезвляет в рассуждениях об уральском характере и уральских умельцах (отрезвление продолжилось и в Нижнем Тагиле, в музее Худояровых). Вторая часть посвящена камням, но в ней тоже несколько пластов и смыслов, как в любом настоящем минерале (см. далее).  Напомню, что музей занимает здание бывшей церкви (см. выше). В ней сделали второй этаж. Росписи — новодел.


Минералогический музей имени Александра Евгеньевича Ферсмана — так называется музей в Мурзинке (в Москве есть музей точно с таким же названием).
Ферсман тут бывал не раз, конечно, и с Данилой Зверевым встречался. А музей основал Иван Иванович Зверев, внук Данилы Кондратьевича. И Мамин-Сибиряк тут бывал, описал место в «Самоцветах» (о Звереве и Мамине-Сибиряке смотрите здесь )
Музейщики насчитывают в здании пять залов, но разделение это тематическое, а не пространственное — трудно зонировать пространство в здании бывшей церкви.
Но есть и речевое разделение: на первом этаже, где представлены минералы со всего мира (в основном — подарки) необыкновенно трогательный и романтичный рассказ о возникновении, жизни и смерти минералов. В моем непрофессиональном пересказе он звучит так: все как у людей, только у людей это происходит мгновенно, а у минералов тянется почти вечно на наше людское время.
Например, если две породы слишком близко проникают друг в друга, без пустот — не будет шансов появиться самоцветам, лишь пустая порода возникнет. Даже камням нужна свобода.

 А еще внизу пришлось вспомнить физику (оптику) и моих любимых Гете и Рунге с их теориями цвета. И присочинить, подключая собственную некомпетентность, про иллюзорность цвета. Но про сочинительство свое рассказывать не буду — эту функцию в автопробеге полностью взяла на себя

Елена Черная, по камешку строя свою личную философскую теорию и набирая мыслей-впечатлений для будущих стихов и сказок.
А вам остается только собраться и ехать в Мурзинку, потому что никакие фото не передадут ни магии места, ни речи экскурсовода.

Заодно и с условиями труда горщиков познакомитесь, потому что после экскурсии по музею можно отправиться на экскурсию на копи Тольян и самим немного побыть в роли добытчиков самоцветов.


Фантастика, но камни гранили вот на таком станке, сами изобрели.


А это горщики с друзами аметистов (чтоб было понятно, откуда взялся аметист, который я нашла на копях, но об этом в следующем посте).



Добавить комментарий