Гали-Дана Зингер, поэт, переводчик, редактор. 6 книг. Живет в Израиле. http://www.litkarta.ru/world/israel/persons/zinger-g-d

ГЛАВА № 80

Истина – это то, что, не меняясь, меняет всё вокруг. Или то, что, не существуя, заставляет существовать всё остальное.

Не верится

Не верится, что всё же не в трамвае,
на улице,
слегка похожей.

неравнодушия не избежишь.
и рядом с ним
судивительный бег.

учестранное непонятношение.
судилище ученичества. участи
прозрачная лестница.

и продолжает:
вот так уйти и ничего не понять.
из-за неловкости и подземным переходом.

суть беглецы,
люди самовольные,
коих велено казнить.

тут пауза. не смысловая,
случайная. сутулится,
как случайный прохожий,

ни мёртв, ни жив,
своей тенью гоним
человек, и в гоньбе

всё свершеннее
в высокой летучести
истины лживая провозвестница,

себе и людям чужая:
вот так уйти и ничего не понять.
небо назвать небосводом

способны одни наглецы
что тянут камвольную
нить

из ночей в дни

* * *
в забвенну лиру, в пыль лежащу,
в терпение, и в скорбь, и в рощу с чащей,
и в голос твой от людства удалённый
не верится.

что минуло уж двести лет
без малого, что малой кровью
мы смоем с рук всю кровь коровью,
не верится.

в угрюму тень, в померкший свет,
в небоквадрат, в небоовал,
в тень чувств, в свет мыслей небывал
не верится.

что нам осталось лишь терпеть,
что боле, чем несчастный, умереть
боится счастливый,
не верится.

(несчастия за гробом ждёт
всяк несчастливый непреложно,
ему и умереть без горести неможно,
он иначе остался б вечно лжив,
покуда длинные ножи
сверкали б ночи напролёт,
из искры пламя высекая,
он иначе остался б вечно жив,
как вечный жид,
увечный виршеплёт,
бесчеловечная молва людская.)

* * *
Закинув сани на поветь,
Дерзнув непостижимость петь,
Чем с большей трудностью, стараньем,
Чем с тягостнейшим ожиданьем
Желанного откроем дверь,
Тем чувствуем его живее.

Ну что ж, не верится, не верь.

Он видел: в славе нечестивый,
Возвыся к небу верх кичливый,
Возносится ливанский кедр,
До адских вкореняся недр.

Прошёл – ни корня, ни ветвей
Взыскал – лишь яма там ржавеет.

Ну что ж, не верится, не верь.

Мы скинем чешую и шкуру,
Оставим камеру обскуру,
По лествице небес взойдём,
Восставши на листву дождём,
Неисчислим наш счёт потерь.
Уйдут песок и суховея.

Ну что ж, не верится, не верь.

Он слышал как на почве лести
В полуоблезшем палимпсесте
Другие дерева взошли:
Священный лавр в златой пыли
И кипариса тёмный зверь,
И винных лоз золотошвеи.

Ну что ж, не верится, не верь.

Средь нас доныне жив Капнист
И слог его, кремнист, огнист,
Над падшею во прах державой,
Над яминой пустой и ржавой
Мостки проложит. Мы теперь
Пройдём по ним, благоговея.

Ну что ж, не верится, не верь.

* * *
подсверь немно
и в ножички сыграй
отрежь земли отрезанной от солнца
своё есть в немности и в немность нить сумей
втемнить витую винтовую виноватую
как лествица просроченная веток
топорно срезанных на полуслове
и нетопырь.
потом
слегка не верь:

неперь я неспроста
в листве в бесговорядке
успокажу
пологлушению
и потолпе
и всем и всем
то удивилище что разом
разъест
и лесть и прелесть неразумных
дивов.

не верится что верится тебе
и всемное закроется в глазах
по воссоединении с тобой.

Опыт прочтения

О Главе № 80 написано во втором томе «Русская поэтическая речь-2016. Аналитика: тестирование вслепую»: 80, 135, 208, 318, 349, 357, 415, 434, 611, 642.

Отдельных отзывов нет.
Вы можете написать свою рецензию (мнение, рассуждения, впечатления и т.п.) по стихотворениям этой главы и отправить текст на [email protected] с пометкой «Опыт прочтения».